МБХ медиа
Сейчас читаете:
Почему в Омске несколько лет не могут справиться с загадочной химической вонью

Почему в Омске несколько лет не могут справиться с загадочной химической вонью

К зловонным выбросам Омску не привыкать: в городе почти постоянно пахнет чем-то «химическим». Вот и в начале июня в соцсетях стали появляться жалобы горожан на резкий запах. Кто-то из омичей даже признал в «отвратительном амбре» одорант этилмеркаптан. Это химическое вещество используется как ароматизатор для придания неприятного запаха природному и сжиженному газу. С ним в городе связана почти детективная история: больше двух лет какое-то местное предприятие периодически устраивает жителям «этилмеркаптановую травлю», однако найти виновника не могут по сей день.


Таинственный запах

Слово «этилмеркаптан» обогатило лексикон горожан чуть больше двух лет назад. 9 и 10 марта 2017 года в экстренные службы обратились сотни омичей с жалобами на головную боль, тошноту, першение в горле и на сильный химический запах, который чувствовали по всему мегаполису и в окрестности. «Едкий», «похожий на дихлофос», «невыносимый, удушающий», «ядовитый» — так описывали его звонившие. Наглухо закрытые окна не спасали. Соцсети забурлили: все принялись обсуждать «газовую атаку». 10 марта надзорные органы публично заявили, что речь идет об утечке этилмеркаптана.

11 марта пресс-служба СУ СК по Омской области сообщила о том, что в ряде проб воздуха обнаружили превышение концентрации этилмеркаптана в 400 раз и что возбуждено уголовное дело по ч.1 ст. 251 УК РФ (Нарушение правил выброса в атмосферу загрязняющих веществ).

Разыскивать нарушителя взялись все региональные ведомства разом, от природоохранной прокуратуры и Минприроды до Росприроднадзора и Роспотребнадзора. Удалось установить примерный район, где делались выбросы: северная промзона на правом берегу. Но сложность заключалась в том, что там сосредоточены основные нефтехимические предприятия региона. В число подозреваемых попали Омский нефтеперерабатывающий завод (ОНПЗ), заводы «Полиом» и «Омский каучук», ООО «НИПТ», «Омскгоргаз».

Завод Полиом. Фото: Лика Кедринская / МБХ медиа

Однако предпринимаемые властями усилия ни к чему не приводили: выбросы этилмеркаптана (хоть и с перерывами) продолжались. ОНПЗ, на который грешили чаще и охотнее других, пообещал вручить премию тому, кто поможет установить истинный источник выбросов. О размере премии нефтяники не сказали, но намекнули, что это «сумма с пятью нулями». Впрочем, награда так и не нашла своего героя.

Борьба с ветряными мельницами

Отсутствие результатов привело к росту недовольства. Горожане стали задумываться об акциях протеста, в сети появились петиции с устрашающими заголовками: «Омск умирает! Примите меры!», «Сколько можно уничтожать Омск?». Автор одной из петиций — лидер омского воркаут-движения, вице-чемпион России по воркауту Street Sport-2011 Константин Албуков просил Владимира Путина обратить внимание на ситуацию, складывающуюся в мегаполисе в целом: на то, что из-за вырубки деревьев «город-сад» превращается в «город-пень»; на плохие дороги и отсутствие в казне средств на социальные нужды, хотя на отдых жен депутатов в Таиланде и на Кипре — за бюджетный счет — деньги находятся. Но особый упор Албуков сделал на экологии, упомянув про историю с этилмеркаптаном.

«Мы хотим жить в чистом городе, мы хотим, чтобы наши дети не болели из-за чудовищной экологической обстановки в городе, чтобы коррупция, которая просто процветает на территории области и города, была пресечена! Чтобы жить в некогда красивом и чистом городе стало вновь возможно», — так заканчивалось обращение Константина к Путину.

«Под петицией подписалось много-много человек (17 тысяч подписантов — „МБХ медиа“), и в нашей группе во „Вконтакте“ солидарность с нами выражало огромное количество омичей. Воодушевленные, мы с одногруппником решили провести в городе два митинга. Вот тогда и выяснилось: в сети мы все против, все революционеры, а когда до дела доходит — „не могу, к теще на картошку надо ехать“. На первый митинг пришло 350 человек, на второй 75, — вспоминает Албуков. — Кого больше винить в этом — власти и тех негодяев, кто устраивает выбросы, или омичей, с молчаливого потворства которых все так происходит? Я больше склоняюсь ко второму варианту. Получается, я борюсь не с чиновниками, а со всем городом — с безразличием Омска, с его инертностью».

Албуков был разочарован. В конце мая 2019 года Константин с женой и 10-летним сыном уехал жить в Калининград. «Здоровье близких мне дороже, чем борьба с ветряными мельницами», — признается он.

Подвело обоняние

Через несколько дней после отъезда Албукова омичи в очередной раз оказались заложниками ядовитого запаха, похожего на этилмеркаптан. Но догадка не подтвердилась: Центр экологического мониторинга и оперативного реагирования Минприроды Омской области, изучив взятые пробы, пришел к выводу, что в ночь на второе июня в воздухе была повышена концентрация совсем других химических веществ — сероводорода, формальдегида и стирола. Однако беспокоиться не о чем: загрязнение — в пределах допустимого, и здоровью жителей ничто не угрожает.


Омичи в сети позволили себе поиронизировать: «Неужели нас подвело обоняние»? И в который уже раз задались вопросом: «А что там с поиском виновного в „этилмеркаптановых атаках“ на город?».

Сергей Костарев

Профессор ОмГУПС Сергей Костарев, самый авторитетный независимый эколог в Омске, с самого начала говорил, что источник выбросов этилмеркаптана найти не смогут. И тому есть вполне объективные причины. В частности, химические вещества долго на одном месте в атмосфере не задерживаются.

«Если выброс был относительно кратковременный, и его не успели за это время „зафиксировать на источнике“, установить впоследствии, кто его осуществил, практически невозможно. Ну, а само предприятие не станет себя сдавать», — говорит Костарев.

Есть и другая трудность на пути к установлению источника — законодательство, согласно которому предприятия сегодня имеют право не пускать на свою территорию проверяющих, чем многие не прочь воспользоваться.

Как раз на оба этих обстоятельства и указывал в марте 2017 года тогдашний и.о. руководителя регионального Росприроднадзора Сергей Еремин, комментируя сложившуюся ситуацию журналистам «КП» в Омске": «Я неоднократно говорил, с загрязнением так — может быть выброс, а через 15 минут там уже ничего не будет. Мне уже трудно будет доказать, что газ там был. Он не стоит на месте и ждать не будет. Именно по атмосферному воздуху надо вносить изменения. Потому что у инспектора времени на то, чтобы зафиксировать факт, нет. Мы должны заходить на предприятие сразу без всяких разрешений от прокуратуры».

По словам Сергея Костарева, выбросы этилмеркаптана причинили омичам не физиологический, а скорее психологический вред. С точки зрения химического воздействия этот одорант не опасен, но обладает ярко выраженным неприятным запахом. Все наблюдавшиеся симптомы — головная боль, тошнота, перехватывание дыхания, — это, по мнению эколога, психосоматика.

«Опасность в другом. В том, что параллельно с этилмеркаптаном мог быть выброс и какой-то другой гадости, действительно вредной, но не имеющей запаха, — продолжает Сергей Костарев. — Насколько я понимаю, полного спектрального анализа, по всем компонентам, никто не проводил».


«Загрязнителей» ловить бесполезно?

Для эколога Костарева история с этилмеркаптаном — «алармистского свойства». В ней, как в зеркале, отражается практическая неготовность города к серьезному экологическому сбою. Никакой системы быстрого реагирования и быстрого поиска источника опасных выбросов у нас нет. В истории с этилмеркаптаном чиновники лишь через сутки после начала выбросов объявили, что за вещество «утекает» в атмосферу. И если завтра вдруг случится выброс аммиака или хлора, то подобная нерасторопность может привести к массовому отравлению омичей.

В апреле 2018 года на совещании с членами правительства РФ Владимир Путин перечислил 12 городов, где фиксируются наибольшие объемы выбросов в воздух. Омск попал в него наряду с Братском, Красноярском, Липецком, Норильском и Челябинском.


Вскоре после этого в Омске появился Центр экологического мониторинга и оперативного реагирования. Также была приобретена передвижная экологическая лаборатория — в дополнение к существующим в городе десяти стационарным постам наблюдения.

Но Сергей Костарев относится к возможностям передвижной лаборатории скептически.

«Ну, приедет, возьмет пробы… Атмосферный воздух — настолько сложная субстанция, что практически невозможно угадать нужное место. Нечаянно рядом кто-то откроет канализационный люк, и он такую „ароматику“ даст в данной конкретной точке! А через пять метров все будет чисто. Поэтому я всегда говорю: бесполезно ловить „загрязнителей“, делая забор проб в жилых кварталах. Брать пробы воздуха нужно на предприятиях. На каждой трубе должен стоять датчик, регистрирующий выбросы. Тогда уже не спрячешься», — считает Костарев.

А стационарные посты попросту не рассчитаны на фиксирование аварийных выбросов.

«Их задача в другом — выполнять расчет фонового загрязнения атмосферного воздуха, — объясняет Сергей Костарев. — Они усредняют данные за сутки, за месяц, и проводят отбор проб три раза в день, в определенное время. По ночам вообще не берут. Предприятия знают об этом, и, если захотят сделать выброс, то сделают его ночью, чтобы к утру все уже развеялось. Данные с этих постов используются позже, для нормирования выбросов».

Костарев считает, что десять постов для такого большого города — слишком мало. Для получения более объективной картины загрязнений нужно 20−25 стационарных наблюдательных станций. Но предприятиям это невыгодно: если посты «намеряют» слишком высокий фон загрязнения, то придется вмешиваться в отлаженный производственный процесс, чтобы уменьшить выбросы.

«Омск — чистый город, не обманывайте!»

Пожалуй, лучше всего о крайне неблагополучной экологической ситуации в Прииртышье свидетельствуют данные Роспотребнадзора, которые ведомство приводит в своем докладе «О состоянии санитарно-эпидемиологического благополучия населения в Российской Федерации в 2018 году».

«Смертность населения от злокачественных новообразований устойчиво ассоциирована с загрязнением атмосферного воздуха бенз (а)пиреном, формальдегидом, тяжелыми металлами в 11 субъектах Российской Федерации, в которых от 0,05 до 18,2 случаев смерти по данной причине на 100 тыс. населения ассоциированы с воздействием канцерогенных веществ атмосферного воздуха. Наибольшие уровни отмечены в Республике Бурятия, Кемеровской, Ульяновской, Омской, Челябинской, Орловской, Свердловской областях, Краснодарском крае», — отмечается в документе.

Выше среднероссийских в Омской области и показатели заболеваемости астмой, бронхитом и эмфиземой у детей до 14 лет. Все эти болезни также считаются экологозависимыми.

Хотят того региональные власти или нет, но в ближайшие годы им, похоже, предстоит вплотную заняться решением экологических проблем. В 2018 году Омск вошел в так называемый «майский указ» главы государства, обязывающий город снизить вредные выбросы на 20% к 2024 году. На выполнение указа, по подсчетам чиновников, нужно 163 миллиарда рублей. Причем, омичи хотят «перевыполнить» план, сократив выбросы не на 20%, а на 22%. Недавно глава Минприроды Омской области Илья Лобов заявил, что его ведомство разработало проект «Чистый воздух», в рамках которого должны быть снижены транспортные выбросы и валовые выбросы промышленных предприятий.

Кстати, согласно озвученной губернатором Александром Бурковым информации, около 35% всего объема загрязняющих выбросов в атмосферу в Омске приходится на долю предприятий теплоэнергетики. «Вклад» промышленных предприятий и транспорта одинаков — по 30%.

Но все, о чем мы сейчас сказали, — лишь благие планы. Пока же омичи чуть ли не каждый день клянут в соцсетях химическое амбре, появляющееся в разных районах города. Время от времени экоактивисты, стремясь отстоять право города-миллионника на чистый воздух, выходят из виртуального мира в реальный на акции протеста. Так, 5 июня, во Всемирный день окружающей среды, пять омских «яблочников» провели у библиотеки Пушкина пикет, посвященный актуальным экологическим проблемам. Однако на акцию не пришел никто, кроме них самих. Не вызвала она никакого интереса и у прохожих. Лишь одна седовласая дама подошла к пикетчикам, но только для того, чтобы обвинить их во лжи. «Что ж вы обманываете людей? У нас соловьи поют, ласточки гнезда вьют. Омск — чистый город, не надо на него наговаривать!», — сердито проговорила она и тут же удалилась прочь под недоуменные взгляды протестующих.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Подписаться на рассылку

Комментировать

Правила общения на сайте

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Введите поисковый запрос и нажмите Enter.

Ежедневная рассылка с материалами сайта

приходит каждый день, кроме субботы, по вечерам

Авторская колонка

приходит по субботам в полдень

Обе рассылки

по одному письму в день

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: