«К людям в форме зараза не пристает». Как самоизолированную воронежскую активистку допросили по делу об оправдании терроризма – МБХ медиа
МБХ медиа
Сейчас читаете:
«К людям в форме зараза не пристает». Как самоизолированную воронежскую активистку допросили по делу об оправдании терроризма

«К людям в форме зараза не пристает». Как самоизолированную воронежскую активистку допросили по делу об оправдании терроризма

Больше недели воронежская активистка Надежда Белова живет в «подвешенном состоянии»: она не знает своего статуса в деле об оправдании терроризма — речь о якобы оправдании взрыва приемной архангельского ФСБ. Ее квартиру обыскали, допросили ее и 15-летнего сына 31 марта, что за этим последует — неизвестно. Белова рассказала «МБХ медиа» о допросе и своем отношении к терроризму и любым насильственным действиям.

«Тебе „светит“ пять лет, сыну — детдом»

Силовики пришли в съемную квартиру в Воронеже, где живет Надежда Белова, ее гражданский муж и сын-подросток, утром 31 марта. По ее словам, все выглядело как спектакль: сначала пришел человек в форме и спросил, нет ли в квартире лиц азиатской национальности, затем потребовал объяснений с мужа, служил ли он, не было ли у него отсрочки. Он ушел, затем вернулись несколько человек, которые сказали: поведут на допрос Надежду Белову и сына. Супруг посмотрел некий документ, но ничего не понял и не запомнил: ему тут же пообещали: «Будете ерепениться — наручники принесем».

— Сопротивляться я побоялась, потому что понимала, что это может закончиться чем угодно, поэтому решила «сдаться». Предупредила, что я очень плохо себя чувствую, у меня температура, потому что на днях перенесла одну не очень приятную медицинскую процедуру, — рассказала Белова. — Говорила, что у меня может быть коронавирус, и что мы соблюдаем изоляцию, но они только посмеялись и повезли. Эти люди в форме сказали, что к ним зараза не пристает.

Ей не пояснили, что сначала провели опрос, потом допрос. Не давали пить и есть, не выпускали из здания Следственного комитета по Воронежской области с утра до вечера. После окончания допроса ее повезли в съемную квартиру в областном центре и ее личную квартиру в пригороде Воронежа — Новой Усмани. Забрали ноутбуки, телефоны, жесткие диски. Сейчас семья осталась практически без связи и средств к существованию, так как муж в условиях изоляции проводил онлайн-уроки. После поездки в Новую Усмань Белову высадили примерно в 21:00 в центре Воронежа, откуда она добиралась пешком до дома — «в ночи и слезах, голодной», поскольку транспорт уже не ходил, не было ни телефона, ни денег.

В течение дня силовики задавали, по ее мнению, странные вопросы: почему с ней живет ее гражданский муж и не бросает ее, знает ли она, что ей самой «светит» пять лет заключения, а сыну — детдом. Что она испортила жизнь и себе, и ребенку, у которого больше нет будущего. На все вопросы она указала на свое право не свидетельствовать против себя, закрепленном в 51 ст. Конституции РФ.

Несколько часов не было понятно, в связи с чем ее допрашивают: в последнее время Белова участвовала в мирных акциях протеста против уничтожения транспортных маршрутов Воронеж — Новая Усмань и против повышения платы за проезд, год назад «воевала» против строительства торговой точки близ районной больницы, на месте общедоступной парковки. Но эти протесты были согласованными и массовыми, и ими вряд ли бы стал заниматься Следственный комитет. Только вечером Беловой сообщили, что допрашивают ее по делу об оправдании в обсуждениях в социальной сети во «ВКонтакте» терроризма — взрыва в проходной здания ФСБ в Архангельске, который устроил 17-летний Михаил Жлобицкий. В одном из комментариев Белова упомянула «рязанский сахар» — устойчивое словосочетание, намекающее на вероятную причастность сотрудников спецслужб ко взрывам в 1999 году в трех городах и неудавшуюся операцию в Рязани. По «делу об оправдании терроризма» уже осудили более 10 человек из разных российских регионов.

На месте взрыва жилого дома на улице Гурьянова в Москве, 1999 год. Фото: Фото: Владимир Машатин / ТАСС

— Сына допрашивали без моего присутствия, но в присутствии психолога. Он вышел из кабинета сначала нормально, потом его затрясло, он упрекнул меня в том, что я против чего-то там выступаю. То есть все время оказывалось психологическое давление на меня, мужа, сына — их старались настроить против меня. Я очень испугалась за сына и начала названивать в комиссию по делам несовершеннолетних с жалобой на нарушение прав сына, но мне сказали, что сотрудники СК выше ПДН по иерархии, и они не могут нарушать ничьих прав, потому что они сами полицейские, — сообщила Белова «МБХ медиа».

«Я против любого насилия вообще»

В разговоре о роли терактов, громких убийств и войн в мировой истории Надежда Белова упомянула, что обвинять ее в оправдании терроризма нелепо, поскольку она против насилия. Любое насилие породит другое насилие, будет постоянно проливаться чья-то кровь, и это невозможно будет остановить. Применять насильственные методы или убивать нельзя ни при каких обстоятельствах, даже если полагать, что одно убийство осчастливит все человечество, убеждена Белова.

— Насчет моих гневных комментариев могу сказать вот что: в них нет призывов к насилию, в них нет вообще никаких призывов, в них только боль и бессилие перед происходящим за свою Родину и малую родину — Новую Усмань. У нас не осталось молодых людей с детьми, потому что нет работы, у нас развалена медицина и транспорт, у нас старые дома, а сами мы — нищие, хотя работаем и работаем. И никто не допрашивает тех, кто все это развалил, допрашивают меня, обвиняя в непонятном преступлении, которого я не совершала, — поделилась она своим мнением.

Белова не состоит ни в какой партии, не участвует ни в одном протестном движении, так как считает это бессмысленным занятием: пока все жители страны не поймут, что они — именно граждане со своими правами и обязанностями, «даже митинговать бессмысленно».

Ей часто попадаются в сети такие комментарии, в которых некие пользователи открыто призывают к уничтожению групп лиц, целых наций и стран, неугодных личностей, но их не привлекают к ответу — в противном случае, таких комментариев хотя бы становилось меньше.

— Видимо, им понадобилась очередная «жертва для устрашения», и они выбрали меня. Это просто было сделать, потому что я комментирую под своей фамилией, профиль у меня честный и открытый, а я никогда ни от кого не скрывалась, не скрывала своих мыслей и взглядов — заключила Белова.

По истечении недели со дня допроса о ходе предварительного расследования дела ничего не известно. Ранее в пресс-службе Следственного комитета по Воронежской области отказались комментировать причины и обстоятельства допроса Надежды Беловой.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Введите поисковый запрос и нажмите Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: