«Никогда такого не было»: как в Орловской области идет суд из-за вбросов на выборах – МБХ медиа — новости, тексты, видео
МБХ медиа
Сейчас читаете:
«Никогда такого не было»: как в Орловской области идет суд из-за вбросов на выборах

«Никогда такого не было»: как в Орловской области идет суд из-за вбросов на выборах

«Никогда такого не было»: как в Орловской области идет суд из-за вбросов на выборах

В Орловской области стартовал судебный процесс по редкому в российской судебной практике делу о фальсификации на выборах. Обычно такие дела если и возбуждают, то закрываются они еще на стадии предварительного следствия. На этот раз — все вышло иначе. В регионе в сентябре 2019 года проходили довыборы депутата Госдумы, где победу одержала кандидат от «Единой России» Ольга Пилипенко. Однако в день голосования произошел скандал, когда сразу на нескольких участках наблюдатели зафиксировали массовые вбросы, в результате чего результаты на них были отменены. А СК под натиском общественности пришлось возбуждать дела. За тем, как судят фальсификаторов, наблюдал корреспондент «МБХ медиа».

В регионах результат на выборах для партии власти, как правило, дают районы. Именно там на всю мощь работает пресловутый административный ресурс. В Орловской области это происходит с завидным постоянством. В самом Орле обычно самая низкая явка (меньше 30%), а результат ЕР — самый неубедительный. Между тем в районах области и явка, и результат голосования часто приближается к цифрам северо-кавказских республик. На одном из участков на выборах пару лет назад еще до полудня явка составляла более 80%. Что до выборов, прошедших 8 сентября 2019 года, то тогда массовые вбросы в районах начали фиксироваться ближе к вечеру. В частности, пачками в урны бюллетени забрасывали в райцентрах — Хотынце и Залегощи. На видео, подготовленном местными активистами «Открытой России» и движения «Голос», можно видеть, что члены УИКов даже переодевались по несколько раз, чтобы вновь и вновь делать вбросы. На одном из участков в Хотынце, например, все это проходило прямо на глазах у полицейского.

После того, как о записях проинформировали ЦИК, глава комиссии Элла Памфилова потребовала отменить результаты на данных участках, а участников вбросов привлечь к ответственности. В итоге результаты были отменены на УИК № 722 и № 724 в Хотынце и № 302 в Залегощи.

15 и 16 июня в Залегощи прошли первые слушания по уголовному делу, возбужденному по ч.1, ст. 142.2 УК РФ (незаконная выдача избирательного бюллетеня). Обвиняемой по нему проходит Ольга Абанина — теперь уже бывший старший судебный пристав сразу в трех районах и заместитель председателя УИК № 302. По данным следствия, Абанина выдала пачку бюллетеней члену комиссии Галине Куликовой, которая вбросила их в урну. На самом деле, на кадрах видео видно, как и сама Абанина, и та же Куликова вбрасывают бюллетени не раз, однако у следствия вопросы оказались лишь по одному эпизоду для каждой.

При этом дело против Куликовой было закрыто еще на стадии следствия, ей по ходатайству следователя назначили судебный штраф. Как объяснял в январе 2020 года эксперт «Голоса» Денис Шадрин, эта самая распространенная в России мера по «снижению ущерба» для участников электоральных преступлений. По статистике «Голоса» за 2019 год, практически никто из участников фальсификаций на выборах в России не был осужден. 70% обвиняемых по уголовным делам электоральной направленности либо вообще остались без наказания, либо получили незначительные штрафы. При этом никто из них не был судим.

«Дело в том, что применение к обвиняемому судебного штрафа исключает наличие судимости. Человек, который получает такое наказание, остается несудимым и, следовательно, может дальше работать в избирательной комиссии и продолжать заниматься фальсификациями», — объяснил «МБХ медиа» правозащитник и зампредседателя движения «За права человека» Дмитрий Краюхин.

Судебное заседание в Залегощи началось с того, что адвокат Абаниной попросил суд о минимальном наказании, так как та признает свою вину и даже внесла 50 тысяч рублей в качестве пожертвований в подростковое бюджетное учреждение.

«Суд-то думал, что у вас будет другое ходатайство», — внезапно отреагировала судья Ольга Рожко.

Пока адвокат пытался понять то, на что ему намекают, председательствующая взяла дело в свои руки.

«Ходатайствовать о применении к своей подзащитной судебного штрафа вы будете или нет?», — прямо поинтересовалась она.

На это защитник ответил утвердительно и даже, как показалось, с облегчением. После этого судья поинтересовалась уже у Абаниной, действительно ли она признает свою вину, и, получив утвердительный ответ, объявила перерыв на день.

«Мне интересно, каким образом к подсудимой будут применять судебный штраф, если одним из основополагающих условий для этого является возмещение ущерба потерпевшему? — говорит Дмитрий Краюхин, когда мы едем в Залегощь на второй день слушаний. — Потерпевшим по делу, как отметила судья, является государство и федеральный бюджет, из которого финансировалась организация выборов. Адвокат говорит, что Абашина сделала пожертвование в детский центр, но, минуточку, он не является госучреждением и не имеет никакого отношения к федеральному бюджету».

«Никогда такого не было»: как в Орловской области идет суд из-за вбросов на выборах

Фото: Денис Волин / МБХ медиа

В 10 утра в зале суда сидит пожилой мужчина. Бойкие глазки из-под маски смотрят на окружающих.

— Мужчина, вы из КПРФ? — спрашивает один из оппозиционных волонтеров, приехавший посмотреть на Абанину.

— Да, что вы хотели? — отвечает мужчина.

— Да я просто раньше сам был в КПРФ, но ушел из-за нежелания быть в одной партии с Зюгановым и Потомским (экс-губернатор Орловской области — Д.В.). Так что, можно сказать, хотел поговорить с товарищем.

Как оказалось, мужчину зовут Геннадий Лялюев — в день выборов 8 сентября 2019 года он предотвратил вброс бюллетеней. Будучи наблюдателем от КПРФ и секретарем райкома по идеологии, он буквально за руку поймал Галину Куликову, которая уже стояла над урной. В день заседания ему исполнилось 74 года.

— Мне бы за столом сидеть, поздравления принимать. А я вот в суд пришел, — говорит он. — Я все расскажу, — добавляет, и после паузы. — Если мне позволят.

Но суд принимает решение прежде, чем допросить других свидетелей. Все они — члены УИК, а их показания однотипные. Они рассказали, что в тот день до вечера выборы проходили спокойно, но ближе к 20:00 услышали в зале для голосования крик, а дальше — у всех начались проблемы с памятью. Кто-то увидел Лялюева, который держит кого-то за руку возле урны, кто-то видит там еще и Куликову, но не может сказать, вбрасывала ли она что-то. И самое главное, слово вброс никто из них не называет, свидетели используют формулировки: «Это произошло» или «ну, вот то». В какой-то момент это начало поднадоедать прокурору района:

— Я вас перебью, — сказал он свидетелю Анне Дерюгиной. — Просто тут уже каждый называет случившиеся по-разному: «это», «то». Так что давайте сразу скажите, что случилось?

— Бюллетени пытались сбросить, — ответила женщина, но снова никакой конкретики.

Адвокат Абаниной постоянно уточнял у свидетелей, повлиял ли как-то вброс 9 бюллетеней на итоги голосования. И все свидетели отвечали отрицательно. Правда, позабыв, что из-за вбросов в том числе на данном участке результаты были отменены в принципе.

Кстати, ждали конкретики и от председателя территориальной избирательной комиссии Ольге Назаренко. Она 8 сентября координировала работу всех УИКов.

— До 19:30 поступил звонок из Орла, от руководства, — начала свидетель. — Они спросили, что происходит на участке № 302. Я посмотрела видеозапись и увидела факт…

— Чего факт? — поинтересовалась судья Рожко.

— Что стоит Куликова и представитель КПРФ.

— И что? Она вбросить пыталась? — снова не выдержала судья.

— Да, — замявшись, ответила свидетель.

После этого из Орла снова позвонили и предложили Назаренко посмотреть еще одно видео. На нем уже сама подсудимая Абанина стоит над урной. Назаренко сделала вывод, что Абанина якобы голосует сама «как гражданин».

— А вы знаете, кто Куликовой передал бюллетени? — раздался вопрос прокурора.

— Нет, — ответила свидетель.

Теперь слово взял прокурор:

— Послушайте, вы председатель ТИК. Вот когда вы смотрели видео, на котором Куликова вбрасывает бюллетени, вам не пришло в голову отмотать немного назад и посмотреть, кто их ей дал? Даже мысли такой не было?

— Мне было не до этого, — последовал ответ.

«Никогда такого не было»: как в Орловской области идет суд из-за вбросов на выборах

Галина Куликова. Фото: Денис Волин / МБХ медиа

Тогда суд вызвал для допроса саму Галину Куликову. Это крупная женщина в маске на лице. Опустив голову, она рассказала, что в тот день пыталась совершить вброс бюллетеней. Она работала членом УИК от кандидата Ольги Пилипенко.

— Я решила повысить явку, чтобы участок был за Пилипенко. Я подошла к Абаниной, взяла несколько бюллетеней, зашла в кабинку, поставила галки за Пилипенко и попыталась опустить их в урну. Там было девять бюллетеней. А потом я ушла из этого зала, — рассказала Куликова.

— А Абанина ничего у вас не спросила, не возмутилась от такой просьбы? — поинтересовалась судья Рожко.

— Нет.

— А зачем вам вообще Пилипенко? Вы же даже в ее партии не состоите. Вас кто-то попросил? — продолжила допрос судья.

— Нет.

В ходе дальнейшей дачи показаний Куликова попыталась выгородить Абанину, сказав, что та якобы не была в курсе того, зачем ей понадобилась пачка бюллетеней. Однако судья адресовала несколько вопросов самой Абаниной.

— Скажите, а зачем вы, прежде чем выдать бюллетени, создавали видимость раскрытия тетради, имитацию росписи. Вы понимали, для чего ей бюллетени или нет?

Абанина, сидевшая во время дачи свидетелем показаний, обхватив голову руками, ответила:

— Предполагала.

— То есть вы оба понимали суть своих действий и того, на что они направлены. Суд вас правильно понимает? — спросила Рожко сразу и у свидетеля, и у подсудимой.

Те хором ответили:

— Да.

На этом допрос Куликовой завершился и в зал пригласили коммуниста-именинника Геннадия Лялюева.

— Я родился 16 июня, сегодня мой день рождения, и я попал сюда! — бодро заявил он уже с порога.

Далее идеолог районных коммунистов рассказал, как все произошло в тот день, когда в Орловской области фальсифицировали выборы.

— Только в конце голосования, уже в восьмом часу, перед началом закрытия участков, я обратил внимание, что у урны стоит человек. Ну, походу, женщина или что-то… И что-то копошиться. И меня это заинтересовало. Что-то подозрительное! Я подошел с краю, спрашиваю: «Что такое?». И вижу в ее руках пачку бумаги! Она рот раскрыла и отдала мне ее в руки, — рассказал свидетель.

— И что же это за бумаги? — последовал вопрос судьи.

— Разворачиваю и вижу: девять бюллетеней, и все за Пилипенко!

«Никогда такого не было»: как в Орловской области идет суд из-за вбросов на выборах

Геннадий Лялюев. На заднем плане — подсудимая Ольга Абанина. Фото: Денис Волин / МБХ медиа

Лялюев рассказал, что он подвел женщину к членам комиссии. Они узнали в ней Куликову. Однако в тот момент, когда мужчина общался с членами комиссии, женщина уже убежала.

— Она сначала молчала. Как в рот воды набрала. А затем и вовсе растворилась. Не было большее ее, и некого было спрашивать, — рассказал свидетель.

Он добавил, что после того, как попытка вброса была пресечена, бюллетени были испорчены и опущены в урну. Далее к делу подключилась полиция и органы следствия. В отношении Куликовой дело было закрыто, все ограничилось лишь судебным штрафом. Дело Абаниной, давшей ей бюллетени, пока рассматривается. Как отметил свидетель Лялюев, позже он встретил Куликову и Абанину.

— Я им сказал: «Девки, едрить оно так! Ну что же вы делаете? Зачем вы жизнь себе портите!»

— Это вы кому сказали? — не поняла судья.

— Да им, — ответил коммунист и, с позволения председательствующей, отправился праздновать день рождения.

Следующее заседание, на котором состоится допрос Ольги Абаниной, пройдет 30 июня.

«Все свидетели здесь живут на одной улице, ходят в один магазин, и самое главное — даже не понимают, что вброс бюллетеней — это уголовное преступление», — говорит мне Вероника Каткова, координатор орловского «Голоса», когда мы выходим из суда. Мы проходим по лестнице, на которой, обступив Абанину, стоят все допрошенные в суде свидетели, за исключением Лялюлина, и о чем-то шепчутся. Кажется, они вправду прекрасно друг друга знают, общаются, живут в одном поселке, и им нечего делить. А что до выборов, так какие в районе выборы, это так — разнарядка…

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Введите поисковый запрос и нажмите Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: