Без результатов анализов и информации из больницы: как переживает коронавирус одна московская семья – МБХ медиа
МБХ медиа
Сейчас читаете:
Без результатов анализов и информации из больницы: как переживает коронавирус одна московская семья

Без результатов анализов и информации из больницы: как переживает коронавирус одна московская семья

Каково это — заразиться коронавирусом? Каково это, когда заболели твои близкие? Как происходит госпитализация и лечение на дому? Обо всем нам рассказал Дмитрий Сидоров. Его отец сейчас в реанимации на аппарате ИВЛ с положительными анализами на коронавирус, а мать лечится от него же дома. Дима живет с ней и уже пятый день не может узнать свои результаты тестов.

«Анализы очень плохие»

 — В первый раз скорая приехала к моему отцу 29 марта. Сотрудники были без всяких костюмов и защиты, а потом еще поехали к другим пациентам. В тот день у отца, мамы и меня взяли анализы на коронавирус и выдали постановление, что мы две недели не можем выходить из дома. При этом осмотрели только отца.

Отец в тот день отказался от госпитализации, потому что думал, что все будет хорошо. А на следующий день, 30 марта, ему настолько плохо стало, что пришлось срочно госпитализировать. Врач приехал уже в костюме химзащиты, со всеми респираторами, масками, все как надо. Отца увезли в больницу в Вешняках с двусторонней пневмонией и подозрением на коронавирус.

Контроля за нашим нахождением дома не было. За четыре дня, пока мы ждали результаты анализов, никто не приходил, не звонил, не спрашивал, где мы находимся. Единственный момент, когда отца госпитализировали, я предложил свою помощь в транспортировке его в карету скорой помощи. Врач сказал, что у нас в подъезде стоят камеры, и если я сейчас выйду, с большой долей вероятности мне где-нибудь когда-нибудь придет штраф за то, что я покинул дом.

Дмитрий Сидоров. Фото из личного архива

Сейчас отец находится в больнице в Вешняках в искусственной коме и на аппарате ИВЛ. Коронавирус подтвердился. Никаких подробностей о его состоянии я не знаю. До больницы почти невозможно дозвониться, информация мизерная.

У мамы тоже подтвердился коронавирус. Третьего апреля, спустя четыре дня после сдачи анализов, звонили из Роспотребнадзора. Не говорили, что она была инфицирована, сказали, что анализы очень плохие. Сказали, что в течение дня к нам приедет скорая. При этом симптомов практически нет. Мама жаловалась, что как будто простужена, температура у нее какое-то время была повышенная.

По тем анализам, которые я сдавал, когда госпитализировали отца, мне никто не звонил, не писал. Я спрашивал у скорой помощи, мама несколько раз спрашивала у Роспотребнадзора, что именно с моими анализами. Они сказали, что у них есть информация только на маму и отца. Про меня тишина, никто ничего не знает. Сотрудники скорой просят ждать, говорят, что все придет. Я себя чувствую себя хорошо.

Простуда, грипп или коронавирус

 — В начале марта, в десятых числах, я сам заболел. Не знаю, что у меня было. Может, это была простуда, грипп, а может и коронавирус. Я отчетливо помню момент, когда мои знакомые и друзья начали повально болеть: поднималась температура, буквально два дня держалась и спадала, они себя не очень хорошо чувствовали. Это было в феврале-марте, до всех изоляций и карантинов. У меня появился небольшой сухой кашель, но я заядлый курильщик, и любая болезнь для меня превращается сразу в кашель. Еще я чувствовал усталость. Это было неделю или даже меньше. Потом все прошло.

Возможно, это и был коронавирус, но сейчас установить это сложно. Невозможно узнать, кто заразил нашу семью, через какого члена семьи случилось заражение. У меня с 29 марта двухнедельный обязательный карантин под постановлением. Я его не нарушаю, сижу дома.

Ни в коем случае не покидать дом

 — Третьего апреля к нам с мамой приезжала скорая, чтобы взять у меня повторные анализы. Анализ у мамы брать не стали. Сказали, что возьмут через неделю. Как объяснили врачи, вероятность погрешности у анализов очень маленькая, поэтому сейчас смысла брать повторный нет: даже если какая-то погрешность могла сказаться, то она скажется и в этот раз.

В этот раз на всех сотрудниках скорой были костюмы, маски, респираторы. Так же, как и когда отца забирали в реанимацию. Как сказала врач, им каждый день в конце смены делают анализ на коронавирус, и у нее он еще не был диагностирован. Сами врачи стараются соблюдать все меры предосторожности. Я отдельно хочу отметить профессионализм работников скорой, потому что они и успокаивают людей, и работают профессионально.

Анализы берут быстро, хоть и не очень приятно. Но врачу нужно было заполнить кучу бумаг. Сначала была бумага, что моя мать инфицирована. Она получила еще раз официальное постановление, что ей нельзя выходить из дома, что она лечится на дому. Эта бумага заполняется от руки в двух экземплярах одним врачом. Я получил бумагу, что нахожусь на одной территории с больным коронавирусом. Это тоже заполняется в двух экземплярах. Еще я получил обновленное постановление. Потом врачу нужно было заполнить какие-то свои медицинские бумаги. Все это заняло очень много бумаги. Медицинских работников загружают бумагой и бюрократической волокитой в совершенно феноменальном объеме.

Несмотря на новое постановление, врач скорой сказала, что старое постановление нужно сохранить, потому что отсчет идет именно от него. То есть я на карантине с 29 марта по 12 апреля. После 12 апреля я смогу выходить из дома в случае крайней необходимости. И за этим будут пристально следить камеры наблюдения. Сегодня сделали мою и мамину фотографии. Врач сказала, что если мы сейчас покинем квартиру, по камерам видеонаблюдения мы будем установлены и наказаны. Я спросил, могу ли я отказаться, врач сказала, что в таком случае будет вынуждена вызвать полицию, которая будет нас принуждать. Моя фотография, как и все документы, которые мы заполняли, находится в Роспотребнадзоре. Теперь система распознавания лиц будет работать и даже уже работает на тех, кто покидает свой дом.

Мне неприятно было давать себя фотографировать, тем более каких-то бумаг о защите персональных данных мы не подписывали. В теории, можно было сделать мою фотографию и разместить где угодно. Никаких претензий я бы предъявить не смог. Учитывая, что у нас работает федеральный закон о защите персональных данных, это очень странно.

В этот раз врач скорой помощи дала мне бумажку «как нужно дезинфицировать свой дом». Ее дают всем, кто находится на одной жилплощади с больным. Там написано, что мне должны выдать моющие средства бесплатно от управляющей компании. Никакой дезинфекции подъезда, квартиры не проводили и проводить не будут, я спрашивал.

У мамы абсолютно такие же ограничения, как и у меня. Они сводятся к одному: ни в коем случае не покидать дом. Если у самоизолировавшихся есть возможность покинуть дом в случае крайней необходимости, то здесь ни при каких обстоятельствах квартиру покидать нельзя.

Еще маме дали дневник, где она должна самостоятельно отмечать, как себя чувствует. Никакого специфического лечения ей не назначили, сказали сбивать температуру, если будет расти. Ей будут каждый день звонить из районной поликлиники и Роспотребнадзора и спрашивать о ее самочувствии. Врач скорой сказала, что одной женщине, к которой она ездила, звонят по шесть раз за день разные инстанции и спрашивают, как она себя чувствует.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Введите поисковый запрос и нажмите Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: