in

«Число нелегальных операций точно возрастет». Гинеколог – об идее запрета абортов в частных клиниках

Участницы пикета в защиту права на аборт
Пикет в защиту права на аборт. Фото: Александр Чиженок / Коммерсант

4 марта депутат Госдумы и бывшая телеведущая Инга Юмашева предложила ужесточить законодательство об абортах: по ее мнению, в частных клиниках вообще не должны прерывать беременность, а еще нужно полностью запретить рекламу и пропаганду абортов. Врач-гинеколог Виктория Евсеева рассказала «МБХ медиа» о том, насколько безопасными будут такие меры в случае их принятия, какую угрозу они представляют для потенциальных матерей и детей, и почему женщины предпочитают делать аборты в частных клиниках.

Запрет абортов в частных клиниках пока что  —  лишь инициатива Юмашевой, озвученная на конференции «Правовые и законодательные аспекты поддержки семей и семейных ценностей в РФ» в рамках проекта партии «Единая Россия» –– «Крепкая семья». Депутат считает, что нужно также запретить несовершеннолетним прерывать беременность без согласия родителей. Еще Юмашева хочет ограничить продажу «лекарств абортивного свойства» и установить административную ответственность за пропаганду безопасности абортов и их популяризацию. Все эти меры, по ее мнению, должны будут положительно повлиять на демографическую ситуацию в стране, а заодно сократить количество нелегальных абортов.

Акушер-гинеколог Виктория Евсеева
Акушер-гинеколог Виктория Евсеева. Фото: личный архив

«Женщины действительно предпочитают частные клиники»

Виктория Евсеева, акушер-гинеколог 

–– Как гинекологи относятся к таким предложениям от властей? 

–– Понятное дело, мы (медицинское сообщество. — «МБХ медиа») против таких мер. Это ведь не всегда желание женщины: часто это медицинские показания, начиная от тех показаний, которые перечислены в нормативных документах, и заканчивая неразвивающейся беременностью, которая прерывается медикаментозно. 

Число нелегальных операций точно возрастет, потому что женщина все равно будет делать аборт. Только это будет не под присмотром врача и в адекватных условиях, а подпольно (в том числе недоврачами) или же народными методами, которые часто приводят к серьезным осложнениям вплоть до потери органов и смерти от сепсиса. 

По-моему, это уже пройденный этап и казалось, что всем уже давно это понятно. Но, видимо, не всем. 

–– А что по поводу подростков? Хорошая ли идея –– запретить им аборты без согласия родителей? 

 —  С подростками неоднозначная ситуация. Подростками мы считаем людей до 18 лет. У нас есть разграничения: подростки до 15 лет и с 15 по 18. После 15 лет подростки имеют право сами, без родителей давать информированное согласие на медицинское вмешательство. Если говорить о том возрасте, когда подросток может принимать решения сам, я бы не была так категорична. Все-таки у подростка должен быть выбор: если у него с родителями плохие отношения, и ставить их в известность об аборте чревато очередными трудностями в общении, то, наверное, это не очень хорошая идея. Если у родителей с детьми доверительные отношения, то такой вопрос даже не стоит: как правило, дети и сами все рассказывают. Кажется, тут надо не запрещать аборты, а ввести половое просвещение. 

Осведомлено у нас в области полового воспитания в лучшем случае 30 процентов людей. У нас и в тридцать лет люди могут не знать каких-то совсем простых вещей –– например, что происходит во время цикла, что такое овуляция, какие варианты контрацепции существуют, их плюсы и минусы. Не редкость, когда женщина впервые приходит к гинекологу на большом сроке. 

–– Часто вообще встречаются случаи беременности подростков сейчас? 

–– За три года работы в областном институте Акушерства и гинекологии, где каждый день у меня было по 40 пациентов, а во всем институте около 20 врачей на приеме, на консультацию было направлено не больше пяти беременных подростков. И на моей памяти было двое родов у девушек до 18 лет. 

–– А что имела в виду Юмашева под «абортивными средствами»? 

–– Не очень понятно. Если речь идет о средствах экстренной контрацепции, то это немного некорректно. Любую спираль, любой контрацептив можно назвать так же, хотя на самом деле это не так. 

Некоторые аптеки продают средства, которые используются именно для медикаментозного аборта. Но вообще-то они не должны продаваться, потому что они реализуются непосредственно в клиниках. Но это уже вопросы контроля аптек, а не ужесточения правил для пациентов. 

–– Как по-вашему, почему Юмашева сделала такой акцент на частных клиниках и запрете абортов именно там? 

 —  Трудно сказать. Возможно, потому что не везде там соблюдаются какие-то нормативы и приказы Минздрава на эту тему.  Где-то не выдерживается время, которое по закону должно даваться на раздумье, где-то не оказывается психологическая помощь. Эти нюансы важны, но, к сожалению, я понимаю, что в обычных женских консультациях дела обстоят не лучше. Я еще ни разу ни от одной женщины не слышала, чтобы ее в консультации с запросом по аборту отправили к психологу. 

Возможно, власть хочет перенаправить этих женщин в бюджетные организации, чтобы каким-то образом реализовывать страховые деньги. 

Можно сказать, что женщины действительно предпочитают частные клиники: там они, как правило, получают услугу в срок и у них больше шансов на анонимность, особенно в небольших городах. Я работаю в частной клинике и в области, и в Москве. В столице с обычными женскими консультациями немного лучше обстоят дела, чем в Подмосковье. 

У нас, конечно, очень много клиник, которые не ведут учет по абортам, поэтому сказать, сколько на самом деле подростков туда обращается, нельзя. Хотя клиника обязана вести такой учет. Но если связать этот фактор с предложением Юмашевой, то я все-таки думаю, что надо не женщин ограничивать, а ужесточать контроль за клиниками. 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Участники акции

В Москве задержали участников акции «за продление жизни мужчин»

Картина Banksy Morons (White)

В США в прямом эфире сожгли картину Бэнкси. А потом превратили ее в цифровой артефакт