Пикет в поддержку подозреваемого в шпионаже Олега Бурака. Фото: Мария Иванова / ТАСС
Параллельно с волной шпиономании в России силовики в Европе и США тоже задерживают подозреваемых в госизмене. Зарубежные следователи считают, что бывшие военные и полицейские передавали России секретную информацию. «МБХ медиа» рассказывает, кого и за что обвиняют в шпионаже в пользу России, и какое наказание грозит иностранным гражданам.
21 августа департамент юстиции США опубликовал обвинительное заключение по делу Питера Деббинса, бывшего офицера американского спецназа. Мать Деббинса родилась в СССР, Деббинс интересовался Россией, с 1994 года часто туда ездил, а в 1997 году женился на жительнице Челябинска из военной семьи и привез ее в США. Затем поступил на службу в армию.
В армии Деббинс часто выезжал за границу и быстро получил допуск к совершенно секретным данным — как следует из обвинительного заключения, доступ к сверхсекретным данным он получил в августе 2004 года, а через год ушел в запас.
По версии следствия, первыми на связь с Деббинсом вышли агенты ФСБ из Самары еще в 1996 году — до его поступления на военную службу. ФСБ он сказал, что всегда ощущал себя «сыном России» — в ответ на это агенты предложили ему собрать контакты четырех монашек из католической церкви, которую он посещал.
После успешно выполненного задания агенты дали Деббинсу имя «Икар Лесников», и пожелали ему «хорошо служить» в американской армии. Позже офицер встречался с этими агентами в Челябинске — там они ему рассказали, что «Лесников» работает на ГРУ. Деббинс рассказывал агентам о службе на южнокорейской базе и говорил, что хочет уйти с нее — агенты просили остаться.
Поначалу офицер передавал своим информаторам сведения на почтовых открытках, позже, после увольнения в запас — на флеш-картах. За всю работу Деббинс получил тысячу долларов, от которой долго отказывался по идейным соображением, а через несколько лет ему подарили бутылку коньяка и российскую военную форму.
Сейчас Деббинс находится под стражей в штате Вирджиния. По статье о выдаче оборонной информации иностранному правительству (статья 794 Кодекса США — «МБХ медиа») ему может грозить пожизненное заключение или смертная казнь.
20 августа во Франции был задержан 50-летний старший офицер, который служит в Командном центре союзных войск на юге Италии. Его имя не раскрывается, известно, что у него пятеро детей и есть далекие корни в России. Информацию о задержании 10 дней спустя подтвердила министр обороны Франции Флоранс Парли.
По версии следствия, в Неаполе он мог контактировать с сотрудником ГРУ — офицер отлично знает русский язык. Французские спецслужбы решили прервать работу агента и задержали его во время отпуска во Франции, незадолго до планируемого отъезда в Италию.
Офицера заключили под стражу, он находится в тюрьме Санте в центре Парижа. Разглашение секретных данных иностранному государству законодательство Франции трактует как измену, суд присяжных может приговорить его к сроку до 15 лет заключения.
24 августа в Австрии стало известно о высылке российского дипломата, которого заподозрили в промышленном шпионаже. Сам дипломат отказался от дачи показаний — но их дал австриец, который с ним сотрудничал. По данным Kronen Zeitung, австриец сам сообщил начальству о шпионской деятельности, а потом раскрыл спецслужбам дипломата.
Его признали персоной нон грата и обязали покинуть страну. Что стало с австрийцем, пока неизвестно. По австрийским законам, «Государственная измена» означает действия против Конституции и независимости Австрии, поэтому действия австрийца могут квалифицироваться как «Разглашение гостайны» — по ней ему может грозить до 10 лет лишения свободы.
В Латвии 17 августа закончилось уголовное дело о разглашении гостайны в пользу российской разведки. 15 лет лишения свободы получил бывший полицейский Олег Бурак. По версии следствия, он передавал сведения российским агентам несколько лет.
Бурак вину признал частично — по статьям о незаконном хранении оружия и «шпионского» спецоборудования. В остальном же бывший полицейский уверен, что его наказывают за борьбу с коррупцией в структурах МВД, откуда он ушел в 2006 году.
Защита Бурака считает, что дело сфабриковано: оно строится на показаниях секретного агента, на самого обвиняемого давили, а в материалах нет весомых доказательств. У здания суда во время заседаний сторонники «Русского союза Латвии» проводили одиночные пикеты.