В десятую годовщину смерти правозащитницы Натальи Эстемировой Общество «Мемориал» проводит ряд мероприятий, посвященных самой Наталье или ее работе в Чечне. 15 июля презентовали доклады журналистки Елены Милашиной и правозащитницы Светланы Ганнушкиной о том, почему россияне, и в частности жители Чечни, эмигрируют в Европу.
Правозащитница, руководитель Сети «Миграция и право» Правозащитного центра «Мемориал» Светлана Ганнушкина с 2002 года отправляет доклады в миграционные службы стран Запада, поскольку граждане России обращаются к ним для получения статуса беженцев, а официальные СМИ «ярко рассказывают о благополучии в нашей стране», отчего миграционные службы не понимают, кому действительно необходимо предоставить убежище, а кто злоупотребляет правом. Презентованный 15 июля доклад тоже в большей степени ориентирован на западные страны.
Прежде всего из России уезжают жители Чеченской республики, рассказывает Ганнушкина — ежегодно около 10 тысяч человек, а наибольшее количество заявок было в 2013 году, когда за убежищем обратились 21 тысяча жителей России, но преимущественно из Чечни.
«Кадыров и его представители на Западе говорят, что их земляки уезжают по экономическим причинам, это не так, — говорит правозащитница. — Можно сказать, что Чечня — тоталитарный кусок авторитарной России. Это место, где во все клетки человека проникает власть, где невозможно ничего сделать, не оглядываясь на власть и что сказал Кадыров».
Светлана Ганнушкина напомнила, что Олег Орлов обвинил в убийстве Натальи Эстемировой чеченские власти и Рамзана Кадырова. Ганнушкина была в республике, говорила о храбрости Эстемировой, на что уполномоченный по правам человека по Чеченской республике Нурди Нухажиев отвечал, что Наталья — «их героиня». После слов Орлова отношение поменялось, сейчас официальная позиция в республике: правозащитники — враги России.
Чтобы показать, как легко фабрикуются ложные обвинения, правозащитница рассказала об уголовном деле молодого чеченца Ибрагима, чье настоящее имя она не может назвать. В 2012 году Ибрагим под пытками признался, что сотрудничал с незаконными вооруженными формированиями, но родственникам удалось откупиться от реального срока, молодому человеку дал год условно. Как рассказывает Ганнушкина, после этого Ибрагима постоянно задерживали и вымогали деньги, он безуспешно пытался получить убежище в Европе, а затем год провел в шелтере (убежище, например, конспиративная квартира. — «МБХ медиа»). Затем Ибрагим выехал за убежищем на Украину, но вскоре вернулся. Через какое-то время организации стало известно, что Ибрагима отправили в колонию за угон автомобиля в Москве в составе группы молодых людей, которые утверждали, что его с ними не было. Уже в колонии на Ибрагима возбудили уголовное дело за якобы прохождение обучения в украинском лагере террористов.
![](https://mbk.news/files/2019/07/Chechen_vrez.jpg)
«Поскольку он был в нашем шелтере, вызвали нашу сотрудницу, и мы узнали, что лагерь под названием “Крым” находится в Винницкой области в селе Новая Гребля. Оказалось, что это лагерь с условным названием «Крым». Туда поселили после аннексии крымских татар, которые потом рассказывали, как хорошо их устроили и как им помогают местные жители, — говорит Ганнушкина. — Вот как происходит фабрикация. Из лагеря для многодетных семей из Крыма сделали лагерь по подготовке террористов. Человека судит, ему грозит очень большой срок».
Положение женщин правозащитница описывает цитатой из интервью Рамзана Кадырова: «Собственностью должна быть женщина, а мужчина — собственник».
«Девочек насильно выдают замуж, у женщин отбирают детей, их бьют. Это происходит каждый день. Это не соответствует ни человеческим законам, ни законам Российской Федерации, — говорит Светлана Ганнушкина. — Меня обвиняют в том, что я похищаю чеченских девочек с целью изменения их ориентации. Официально заявляю: девочек я не похищаю, они приходят к нам сами, к любой ориентации отношусь лояльно».
Далее о политически мотивированных преследованиях выступил руководитель программы поддержки политзаключенных ПЦ «Мемориал» Сергей Давидис.
«Зачастую преследуют относительно случайных, произвольно выбранных людей. Либо для поддержки тезисов пропаганды о России как об осажденной крепости в кольце врагов, преследование шпионов, украинских граждан. Невозможно предсказать, кто следующая жертва, — говорит Давидис. — Анализ дел по обвинению в терроризме мусульман показал, что зачастую обвинения в терроризме очень слабые. В наших списках сейчас 313 человек, большая часть преследуются в связи с религиозной принадлежностью».
«Подвержены риску представители организаций или квазиорганизаций, которые государство произвольно объявляют экстремистскими или террористическими для подтверждение тезиса пропаганды. Никогда не преследовали всех сразу, потому что по большому счету преследование этих людей — хороший способ набрать статистику для региональных правоохранительных органов, например, когда после теракта требуют усилить борьбу с экстремизмом и терроризмом: людей из этих организаций хватают и отчитываются. Такого рода преследования дают обществу сигнал, какое поведение, на взгляд государства, правомерно, а какое в зоне риска».
Правозащитник выделяет дела членов мусульманской фундаменталистской партии «Хизб-ут Тахрир», признанной террористической на территории России, «Свидетелей Иеговы» и «Артподготовки», признанных экстремистскими организациями, и «Открытой России» — признанной «нежелательной» организацией.
Репрессии избирательны, говорит Сергей Давидис. Но важная тенденция — подавление любой независимой от государства активности, особенно связанной с другими странами. Самое большое количество политзаключенных среди членов «Хизб-ут Тахрир», занимающихся религиозной пропагандой. Заключенных, по данным правозащитника, около 300, просят убежище редко, так как в большинстве случаев их арестовывают. «Свидетелей Иеговы», около 150 заключенных, в странах Европы отказываются принимать: опасаются, что тысячи российских «Свидетелей» приедут просить убежище.
«Пускай мусульманские организации представляют идеальное будущее в шариатском государстве и халифате, пока они не строят это будущее насильственным путем, они надеются нас убедить. “Свидетели Иеговы” не делают и того, поэтому их преследование еще более вопиющее. “Артподготовка” вообще не организация, это сообщество поклонников Вячеслава Мальцева, тем не менее объявлена экстремистской организацией, многие обращаются за убежищем. Новая печальная тенденция — преследование участников “Открытой России” по абсолютно нелепому антиконституционному закону».
Журналистка «Новой газеты» Евгения Милашина рассказала об изменениях в европейской миграционной политике в отношении беженцев из Чечни.
«Когда мы начали тему преследования в Чечне представителей ЛГБТ-сообщества, стало ясно, что единственный способ защиты — вывезти их за пределы России. Тут мы столкнулись с проблемой, потому что уже достаточно давно жителям Чечни невозможно было получить статус беженца».
Как рассказывает Милашина, в Европе появилась тенденция отказывать в убежище пострадавшим от пыток и родственникам убитых в Чечне, несмотря на доказательства: в нарушения прав не верят, причин давать убежище, когда война закончилась, не видят. В ходе своего исследования она проинтервьюировала людей, переехавших из Чечни в Австрию — эту страну журналистка выбрала, исходя из самой большой в Европе доли чеченцев в населении. Это первая страна, которая в 2000 году выбрала националистов в правительство, что привело к санкциям со стороны ЕС. К тому же интеграция, как говорит журналистка, здесь наиболее трудная.
Согласно статистике, говорит Милашина, криминальная статистика чеченской диаспоры снижается и сейчас находится даже не в десятке.
«Я столкнулась с тем, что мы в России пропустили всплеск европейского национализма в начале двухтысячных, который начался именно в Австрии, его подхлестнула борьба с терроризмом и война в Сирии, спровоцировавшая самый большой поток беженцев со времен Второй мировой войны, — рассказывает Милашина. — Европейский национализм в результате начал определять миграционную политику, в том числе в отношении беженцев из Чечни. Тренд борьбы с международным терроризмом привел к тому, что законодательство было ужесточено. Борьба с терроризмом стала ассоциироваться с мигрантами, хотя опять же статистика показывает, что больше терактов совершают люди, которые родились и выросли в Европе».
Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.