«Это происходит везде, просто на Северном Кавказе — в утрированной форме»: эксперты о росте смертности в Дагестане – МБХ медиа — новости, тексты, видео
МБХ медиа
Сейчас читаете:
«Это происходит везде, просто на Северном Кавказе — в утрированной форме»: эксперты о росте смертности в Дагестане

«Это происходит везде, просто на Северном Кавказе — в утрированной форме»: эксперты о росте смертности в Дагестане

«Это происходит везде, просто на Северном Кавказе — в утрированной форме»: эксперты о росте смертности в Дагестане

В последние несколько дней официальная дагестанская статистика смертности стала резко отличаться от статистики соседних регионов, в которых, по официальным данным, нет скачка количества смертей. «МБХ медиа» опросило экспертов, чтобы выяснить причины нетипичной кривой дагестанской статистики.

С 22 мая официальная статистика показывает взрывной рост смертности в Дагестане от COVID-19. До этой даты в официальной статистике оперштаба публиковались данные о 4−5 погибших за день, 22 мая оперштаб сообщил уже о 24 погибших за сутки. К 25 мая количество летальных исходов от коронавируса в республике возросло до 97. Глава оперативного штаба по недопущению распространения коронавируса на территории Дагестана Юрий Гамзатов объяснил «МБХ медиа» такой рост числа погибших тем, что в статистику начали попадать люди, результаты анализов которых на COVID-19 приходят только сейчас: «Это те люди, которые ранее умерли. У них были взяты анализы и по ним сейчас дается положительное заключение. Это они добавляются в статистику».

Координатор Народного Штаба Дагестана Маир Пашаев дагестанскую статистику назвал «догоняющей»: данные публикуются с временным лагом в несколько дней. По словам Пашаева, резкий рост официальных смертей от коронавируса объясняется в том числе введением в республике массового тестирования, результаты которого корректируют данные о причинах смерти. Но даже официальная статистика противоречит сама себе, следует из слов Пашаева: «Официально утвержденный коэффициент смертности от коронавируса в Дагестане — 1,76% от числа заболевших, это в два раза выше, чем в Санкт-Петербурге, и в полтора раза выше, чем в Москве. Даже по этому коэффициенту смертей должно быть больше, чем показывает официальная статистика. Мы подготовили сводный анализ фактического состояния распространения коронавируса в Дагестане с математической моделью, основанной на четырех выборках. Данные модели опровергают вбросы о тысячах погибших от COVID-19 дагестанцах, но, согласно расчетам, количество умерших больше, чем в официальных источниках». Точные прогнозы математического моделирования Пашаев отказался назвать, опасаясь использования данных в политических целях.

Руководитель программы правозащитного центра «Мемориал» «Горячие точки» Олег Орлов предположил, что резкое изменение официальной статистики связано с политическим скандалом, который разразился в республике, когда глава местного минздрава Джамалудин Гаджиибрагимов 17 мая в интервью блогеру Руслану Курбанову сообщил о смерти от внебольничной пневмонии 657 человек.

«Вы вспомните, начались неожиданные рассказы министра здравоохранения и заместителя министра здравоохранения, которые стали называть совсем другие цифры. Вдруг начался разговор о внебольничной пневмонии — всем было очевидно, что это коронавирус. Когда скандал стал приобретать серьезные черты, жена муфтия в Дагестане опубликовала свои претензии к Васильеву (Владимир Васильев, глава республики. — „МБХ медиа“), возложила на него вину в плохой организации карантина, в отсутствии реальных карантинных мер, резко возражала против обвинений Васильева в адрес муфтията в том, что муфтият вовремя не предпринял шаги, ограничивающие скопление народа в мечетях. Понятно, что слова жены муфтия — это, по сути дела, слова самого муфтия, а когда муфтият противостоит власти — это уже серьезное противостояние в верхах. На фоне всего этого вполне очевидно, что власть решила уменьшить количество вранья и стала говорить цифры, которые хоть как-то немного приближаются к реальности. А реальность такова, что в Дагестане реально катастрофа с этим заболеванием. На фоне всего этого вместе взятого власть изменила свою информационную политику в отношении статистики и прекратила настолько беспардонное вранье, как это было в начале, хотя по-прежнему врет. А что цифры реально большие, что там реально рост эпидемии — это правда. Если раньше этого не было ясно из статистики никак, сейчас это хотя бы видно из статистики».

И Маир Пашаев, и Олег Орлов согласны, что официальные данные по смертям от коронавируса в Дагестане отстают от реальных. Орлов сослался на исследование ситуации в Ингушетии, когда с помощью социальных сетей и общения с родственниками выявлялись случаи смертей от коронавируса, не зафиксированные статистикой: «Цифра в 97 погибших никак не соотносится с правдой. Мы по Ингушетии видели то же самое, просто Ингушетия меньше, там все всех знают. В какой-то момент мы взяли и посчитали по Ингушетии реальное количество умерших, опросили некоторых родственников и сравнили с официальными данными. Очевидно, что на всем Северном Кавказе реальные цифры смерти никак не соотносятся со статистикой, это происходит везде, во всех регионах России, просто на Северном Кавказе, как и многое другое, это происходит в утрированной форме, к сожалению».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Введите поисковый запрос и нажмите Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: