Штрафы, работы, эмиграция. Что происходит с защитниками сквера в Екатеринбурге спустя полгода после массовых протестов – МБХ медиа — новости, тексты, видео
МБХ медиа
Сейчас читаете:
Штрафы, работы, эмиграция. Что происходит с защитниками сквера в Екатеринбурге спустя полгода после массовых протестов

Народное недовольство идеей олигархов Алтушкина и Козицина построить огромный храм в любимом горожанами сквере уже вошло в историю. Но с радостью от победы возник и страх: Cледственный комитет возбудил уголовное дело о «массовых беспорядках», в котором первоначально не значилось фигурантов — это означало, что подсудимым может стать каждый.

Средний палец и газета осуждаются!

Первые обыски по уголовному делу прошли уже в июле, однако на сегодняшний день только двое фигурантов уголовных дел по событиям в сквере услышали приговоры судов — это Станислав Мельниченко и Вадим Панкратов (известен как «Дед-пикет»). Что примечательно, оба были осуждены не по статьям из основного дела по скверу о «массовых беспорядках». Мельниченко обвинили в оскорблении сотрудника пресс-группы МВД Евгения Крюкова (по версии следствия, подсудимый показал ему средний палец и сделал ряд неприличных высказываний). Защита Мельниченко настаивала: на Крюкове не было никаких отличительных знаков представителя полиции, но судью такой аргумент не убедил, и активисту было назначено 360 часов исправительных работ. К настоящему времени Мельниченко уже прошел через апелляционную инстанцию, оставившую его приговор без изменений.

Штрафы, работы, эмиграция. Что происходит с защитниками сквера в Екатеринбурге спустя полгода после массовых протестов

Станислав Мельниченко. Фото: Урал. МБХ медиа

— До событий в сквере у меня уже была судимость, по которой я получил 400 часов обязательных работ. Разница в том, что обязательные работы — это именно отдельный неоплачиваемый труд, который фактически отнимает у тебя все свободное время и не позволяет параллельно заниматься основной работой. Здесь же — исправительные работы, которые в действительности означают, что если у меня есть официальное место работы, то с меня полгода будут вычитать 10% зарплаты. Неприятно, конечно, но не смертельно. Насколько я понимаю, окончательно формат исправительных работ у меня будет определен уже после Нового года, но предполагаю, что все будет именно так, — рассказал Мельниченко корреспонденту «Урал. МБХ медиа».

Другим осужденным по событиям в сквере стал известный в городе активист Вадим Панкратов. Его «скверная» история, пожалуй, самая впечатляющая. Привлечение Панкратова стало большой неожиданностью по причине отнюдь не оппозиционных, а наоборот, абсолютно провластных взглядов, которые он не раз подчеркивал, в том числе находясь в сквере. Вплоть до 2017 года Панкратов был известен исключительно по яростным атакам на различные оппозиционные акции ПАРНАСа, штаба Навального и так далее. В городе его легко узнать по накидке с перечислением фамилий Путина, Медведева и других ведущих российских политиков и чиновников.

Штрафы, работы, эмиграция. Что происходит с защитниками сквера в Екатеринбурге спустя полгода после массовых протестов

Вадим Панкратов. Фото: Урал. МБХ медиа

Однако уже в мае 2017 года Панкратов впервые проявил солидарность с оппозиционным электоратом, поддержав блогера Руслана Соколовского. В этом году «Дед-пикет» (как его окрестили активные горожане) стал регулярно выходить в сквер на Октябрьскую площадь. Именно там в разгар протестов произошла его стычка с подполковником полиции Антоном Трошиным, который в этом году часто присутствовал в делах против политических активистов и журналистов в качестве истца либо свидетеля. Во время задержания другого активиста Панкратов с криками «Вы позорите Путина» несколько раз отхлестал силовика газетой. Эти кадры обошли весь интернет, но понять, как можно было на основании таких действий возбуждать уголовное дело, по меньшей мере очень сложно.

На суде Трошин уверял, что испытал от действий Панкратова физическую боль в спине, а еще — что у него отстегнулись часы. Но несмотря на столь серьезные травмы, полученные от «избиения» газетой, подполковник полиции был готов пойти на мировую с «Дедом-пикетом», если тот принесет ему извинения. Но этого не случилось и дело Панкратова было доведено до конца. Приговор суда — штраф 20 000 рублей.

«Умная власть старается своих противников превратить в сторонников, а глупая делает противников из сторонников. Глупая в данном случае — это наша местная. У нас же всю историю наместничество было даже больше развито, чем централизованная власть. Центр говорит одно, а на местах сплошные извращения. Вот даже возьмите Ленина. Ходоки приходят к нему, он им говорит: „Ребята, мы вот так и так хотим“. А ребята ему рассказывают, что его же комиссар обратное делает. Вот и сейчас все те же самые издержки», — уверен Панкратов.

Он по сей день остается убежденным сторонником президента Путина и противником клерикализации общества. Приговор суда решил не обжаловать, говорит, что не хочет «будить лихо». Деньги на штраф ему собирают неравнодушные граждане. А еще Вадим Панкратов — автор стихов на «скверную» тематику.

Другие дела

По открытой информации, кроме Мельниченко и Панкратова на сегодняшний день уголовные дела за события в сквере заводились на Ярослава Ширшикова, Евгения Старцева и Сергея Потапова. Дело в отношении последнего в начале декабря было закрыто, и теперь на скамью подсудимых претендуют два человека. Первыми активистами, у кого прошли обыски по делу о «массовых беспорядках», стали Максим Корчемкин и Татьяна Маркина. Корчемкин впоследствии был привлечен лишь как свидетель, о статусе Маркиной по сей день ничего не известно.

Ярослав Ширшиков сообщил «Урал. МБХ медиа», что от ведущего его дело следователя Орлова не поступает абсолютно никакой информации, по сути все замерло.

Угрозы и Израиль

Во второй декаде августа стало известно о первом и пока единственном участнике событий в сквере, бежавшем из страны. Им стал 18-летний выпускник лицея СУНЦ УрФУ Никита Яблонский. В мае он получил двое суток ареста по административной статье, официального уголовного дела на него не заводилось. Тем не менее, как пояснил Яблонский в интервью «Урал. МБХ медиа», ему начали поступать угрозы убийством через телеграм. В результате парень не нашел ничего лучше, кроме как улететь в Израиль.

20 ноября смс с угрозами расправы за события в сквере стали поступать помощнице и членам семьи политолога и депутата Екатеринбургской городской Думы Константина Киселева. В разговоре с «Урал. МБХ медиа» он отметил, что пока власть, похоже, не собирается разгонять машину репрессий, однако никаких гарантий безопасности по-прежнему нет.

— Что касается угроз в мой адрес, то живу в деловом режиме, спокойно. Нельзя бояться всю жизнь. Во время же протестов в сквере решительность некоторых сегментов власти была очевидна. Опасность тогда осознавалась, но не хотелось об этом думать. Было видно, что настроения меняются: от неверия в спасение сквера, от массового пессимизма до постепенно крепчающей веры, что отстоять удастся. И такая смена настроения внушала оптимизм. Но я осознавал возможные последствия, опасался их. Так и случилось, несмотря на вмешательство Путина, несмотря на признание его представителем правоты защитников сквера. Это общая стратегия власти: наказать одних, чтобы другие боялись. Это не особенность Свердловской области. И власть этого не скрывает. В екатеринбургском случае на эту стратегию явно наложилась месть и власти, и олигархов, и силовиков. Они не могут признать, что проиграли, а потому до сих пор ищут организаторов, которых не было. Тем не менее мне кажется, что посадок не будет. Есть уже прекращенные дела, переквалифицированные по административным статьям. Всем ясна неправедность уголовных дел, и протест еще есть, он тлеет. Зачем власти будить лихо?

Лично я в свое время уже походил на опросы и в Следственный комитет, и в полицию, и в ФСБ. По разным обвинениям. Я хорошо представляю, что это такое. И по этому делу на меня есть заявления. Не исключаю того, что придется вновь походить по правоохранительным кабинетам, а кто сегодня для себя это может исключить на 100 процентов? Никто. У нас все виноваты априори. Все прямо по Крылову: «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать», — сказал Киселев.

Уголовное дело по мотивам протестов в сквере стало первым в постсоветской истории массовым политическим преследованием оппозиции в Екатеринбурге. Самая напряженная стадия протестов в сквере пришлась на период с 14 по 16 мая. Всего в акции приняло участие порядка 15 тысяч человек, хотя точных данных о числе участников нет. Именно в эти дни (а точнее ночи) происходили массовые задержания, приведшие к почти сотне административных протоколов за «хулиганство» и «участие в несанкционированной акции». Несмотря на имевшиеся в руках власти силовые механизмы, после заявления Путина о том, что надо провести опрос жителей о том, где построить храм, было решено пойти навстречу активистам.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Введите поисковый запрос и нажмите Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: