МБХ медиа
Сейчас читаете:
Скрыть пытки и мошенничество: зачем блокировать мобильную связь в колонии

Скрыть пытки и мошенничество: зачем блокировать мобильную связь в колонии


Сотовые телефоны в местах лишения свободы официально запрещены, но каждый год в колониях изымается больше 60 тысяч мобильных. Новости о блокировке связи в колониях всплывают время от времени уже давно, теперь за дело взялось и МВД.

Коллегия министерства внутренних дел обязала ФСИН, ФСБ, органы МВД и Роскомнадзора рассмотреть вопрос об установке «блокираторов» сигнала сотовой связи на территории исправительных учреждений. Так МВД решило пресечь преступления, которые совершаются с помощью телефона и интернета. Но правозащитники, борющиеся с произволом в колониях, убеждены, что так система хочет скрыть информацию о пытках.

Пытки, взятки, СМИ: как мы узнаем, что происходит в колониях

«Заглушки под соусом колл-центров — это вранье. Единственная причина в том, что общественность узнает информацию о пытках, — рассказала „МБХ медиа“ правозащитница Дина Латыпова. — Система закрытая, она борется с тем, чтобы не допустить утечку такой информации в СМИ». По словам Дины, в колониях, где нет связи, полным ходом процветает коррупция, вымогательство, пытки, убийства и изнасилования. Людей в тюрьмах убивают, им ломают челюсти, макают головой в унитаз, начальники колоний систематически избивают заключённых. А в тех колониях, где связь, пусть и нелегальная, есть, могут сообщить правозащитникам о нарушениях. Общественная наблюдательная комиссия (ОНК) борется с пытками, но им не всегда удается добиться справедливости.

Дина Латыпова говорит о нелегальных колл-центрах, в которых заключенные охотятся за деньгами клиентов российских банков, притворяясь их работниками. Сама Дина не верит в высокую организованность таких группировок, если случаи мошенничества и есть, то они частные, и их участников быстро находят и наказывают.

Правозащитник Людмила Альперн считает иначе — деятельность таких колл-центров может существовать в колониях под присмотров самих работников ФСИН: «Здесь речь идет о сверхприбыли. Ничего, в чём бы ФСИН ни участвовал, невозможно осуществить в колонии». По ее словам, идея с колл-центрами не нова — в Америке заключенные женских колоний работают на телефоне, правда, без нарушения закона, под надзором опытных работников. Наоборот, им платят за то, что они принимают звонки, например, о случившихся на дорогах авариях.

Со своим нельзя: откуда в колониях телефоны?

Телефон нельзя проносить в колонию, но заключенные разными путями обманывают систему и находят себе средство связи. Многие получают мобильный, покупая его у работников исправительного учреждения. Это выгодно самим работникам колоний. «Мобильные телефоны — это бизнес, их [работники] продают за большие деньги. Изымают, потом снова найдут и продадут», — говорит руководитель правозащитного движения «Русь сидящая» Алексей Федяров.

Другой способ — получить телефон через «передачку», хотя здесь большой риск попасться, ведь все вещи, даже еду, тщательно изучают на предмет контрабанды.

При поступлении в СИЗО у заключенного отбирают телефон. Кроме того, в местах лишения свободы постоянно проходят обыски. Трубку могут прятать и в стене, и в лампе, и в заднем проходе. Если у арестанта найдут телефон, его могут отправить в штрафной изолятор. Но даже это не останавливает владельцев телефонов.

Правозащитники отмечают, что возможность иметь спрятанный телефон зависит от колонии. «Это все воля оперов. Если начальники дают указания, телефонов не будет в колонии очень быстро», — рассказывает Алексей Федяров. Людмила Альперн говорит, что в женских колониях почти нет нелегальной связи: «Женские колонии находятся за пределами мужского тюремного мира. Там почти не бывает проносов, наркотиков, алкоголя, которые широко распространены в мужских учреждениях».

В колониях обычно есть общие телефоны как легитимный способ связи. Это довольно дорого. Нужно купить специальные карточки, которые выпускает ФСИН. «Вам могут звонить родители или родственники, указанные в личном деле. Но эти разговоры прослушиваются, не всё можно говорить, — рассказывает Альперн. — А нелегально можно говорить на все темы. Но за это тоже нужно платить».

Закон суров

Депутат Госдумы от Единой России Александр Хинштейн заявил, что уже разработал поправки в законы о связи. «С помощью мобильных телефонов осужденные могут не только совершать мошенничества, но и давить на свидетелей, координировать преступные группировки и так далее», — сказал Хинштейн. Законопроект планируется внести в Госдуму в ближайшее время. По словам Хинштейна, согласно поправкам в закон, ограничение прав таких пользователей сотовой связи станет обязанностью операторов. Комментарий для «МБХ медиа» Александр давать отказался.

Правозащитница Дина Латыпова считает, что закон сырой: «Как они будут блокировать номера? Путем предоставления информации в сотовую компанию? Они это сделают. Они так и делают и сейчас». Такая история произошла с правозащитницей из Свердловской области Ларисой Захаровой, чью сим-карту заблокировали из-за того, что ей звонили из СИЗО. По словам Латыповой, похожая история произошла и в Челябинской области. Мобильный оператор отказался разблокировать карту и отправляет со всеми вопросами во ФСИН или суд.

Эксперты считают, что заключенные найдут способ оставаться на связи даже после введения закона. Людмила Альперн отметила изощренность людей в колониях: «Они находятся в таких страшных ограничениях. Конечно, они будут думать, как решить этот вопрос. Если сотрудники смогут пользоваться телефонами, значит, смогут и заключенные. Мир и дружба».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Подписаться на рассылку

1 комментарий

Правила общения на сайте

Комментировать

Правила общения на сайте

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Введите поисковый запрос и нажмите Enter.

Ежедневная рассылка с материалами сайта

приходит каждый день, кроме субботы, по вечерам

Авторская колонка

приходит по субботам в полдень

Обе рассылки

по одному письму в день

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: